Как лучше брать взятки

Как брать и давать взятки, чтобы за это потом не взяли

В руки «КБ» попал секретнейший «Справочник коррупционера». К сожалению, он выпущен всего в одном экземпляре. Такого количества явно не хватит на всех желающих, поэтому мы решили поделиться информацией!

Как намекнуть, чтобы вам дали взятку

— Я вам три с половиной миллиона раз сказал: это невозможно!

— Очень жаль! Очень жаль, что не могу вам помочь, очень жаль! Хотя мог бы. Но не могу! Или могу? Как вы считаете?

— Чертовски интересное у вас дело, чертовски! Просто руки чешутся вам помочь, особенно правая. К чему бы это?

— У меня дочка в Мерседесовский лицей поступила в 600-й Е класс, дизель вчера проходили объёмом три литра. На дом задали электроусилитель руля и коврики в салон.

— Это дело так просто не делается. Тут же не просто взял и подписал. Тут надо взять, значить, обмозговать, занести положенным порядком куда следует, то есть в реестр, а уж потом, значить, выносить решение, понимаете?

— Я пока не знаю, какой у вашего проекта потенциал. У вас он вообще есть? Или проект есть, а потенциала нет? Потенциал должен быть, даже без проекта! Завтра же жду потенциал!

— Нет, если детский садик меньше десяти этажей, я даже проект смотреть не буду.

— Вот хотел я номер на машину — 1 000 000. А дали 100. А хочется 1 000 000. Есть у вас?

— Я вот вчера по грибы ходил, искал лендкрузди, а попадаются одни опелята…

— Я всё сделал, всё подписал. Да. Да. Да. Ой, не надо меня благодарить, это моя работа. А вот вы на своей работе что-то не очень спешите. Я вам позвонил, а вы трубку не берёте, я восемь гудков насчитал длинных, да, восемь или десять… Быстрее бы подошли, меньше бы насчитал!

— Мы с женой вчера макароны на зиму заготавливали. Закончили, пересчитали — десять тысяч штук не хватает. Боюсь, до весны не дотянем.

— Ну, если вы не поняли мою метафору о том, что человечеству уже два миллиона лет, перейдём к муравьям. Представляете, в одном муравейнике могут жить и успешно работать до двух миллионов особей! И всё у них получается, понимаете?

— Если вы правильно оформили документы, если у вас там комар носа не подточит, если вовремя зарегистрировались, если всё дело только во мне, то я вам обещаю — этот тендер стопудово ваш. Стопудово вам зелёный свет! Можете быть стопудово уверены, на все сто пудов — зелёный свет!

Как предложить взятку

  • — Хочу поблагодарить вас за хлопоты!
  • — Да ну, что вы, пустое…
  • — Ну почему же пустое? Ничего не пустое…
  • — Я подумал над вашими словами, и знаете что? Дайте-ка я вас троекратно по-русски расцелую!
  • — Пятикратно!
  • — Сегодня могу только троекратно, а на следующей встрече — двукратно!
  • — Договорились.
  • — Отлично! Ну что, ударим по губам?
  • — А давайте махнём с вами на рыбалку, на Денежкин Камень? Там хорошо, глубина метра четыре.
  • — Я привык на пять закидывать.
  • — Ну, не так уж там и глубоко, может, местами метра четыре с половиной…
  • — Не, на четыре с половиной не поеду, у меня леска — на пять метров, зови вон Удочкина.
  • — Я звал Удочкина, у него леска семиметровая…
  • — Я понимаю, дело серьёзное, вам придётся взять на себя ответственность…
  • — Дайте мне время подумать…
  • — Хорошо, я вам дам две с половиной минуты.
  • — Договорились. Зайдите ко мне через две с половиной минуты, и мы за полторы минуты всё с вами подпишем. Есть у вас с собой четыре… а лучше пять минут? Ну и отлично.
  • — Вы угадаете эту мелодию с одной ноты?
  • — Я угадаю с двенадцати нот!
  • — Столько банк… столько нот нет!
  • — А вы поищите. Иначе песня просто не сложится у нас. Ну что, поищете ноты?
  • — Пособираем. А рубль у нас сегодня равен.
  • — Какой рубль, вы с ума сошли, мы о музыке говорим!
  • — Вы выглядите очень усталым. Вам бы вздремнуть часа три — три с половиной…
  • — Я меньше шести часов не сплю. Просто не высыпаюсь. Но если разбудят хорошие люди, то готов и пять с половиной поспать! Но ни минутой меньше! Колыбельную принесли? Сколько куплетов?
  • — Николай Петрович! Мы готовы перевыполнить план по этому контракту на три процента!
  • — На три? Всего?! Ваши конкуренты в ногах валялись, просили позволить им план на пять процентов перевыполнить!
  • — На пять?!
  • — На пять!
  • — Тогда мы перевыполним на десять процентов!
  • — Хорошо, подождите, сейчас я их наберу, узнаю, чем ответит купечество… Оно же таджичество.
    • — А хотите, я вам анекдот расскажу?
    • — Смешной?
    • — Очень!
    • — Давайте так. Один смешной анекдот мне и пол-анекдота моему заместителю. Ну, чтобы он не грустил. Можно не очень смешной, про рубли.
    • Опубликовано в №210-211 от 9.11.2017
    • Сюжет

      «Красная бурда» в «ОГ»? Это смешно
      Эта рубрика позволяет нашим изданиям партнёрствовать уже не один год. На радость читателям.

      Нашли опечатку? Выделите её и нажмите Ctrl+Enter.

      www.oblgazeta.ru

      Как правильно получать взятки (быль)

      Героями этого полудетектива стали они все. И потому, надеюсь, он интересен в свете последних громких процессов.

      Настоящих фамилий по понятным причинам не называю.

      Андрей позвонил мне в один из зимних дней и попросил приехать. Это было необычно — чаще звонил я и просил подкинуть какую-нибудь интересную историю. С Петровкой было наоборот — ребята с определенной периодичностью звонили сами и говорили, что у них есть классное дело, им просто не терпится мне о нем рассказать. Позже я понял, что таким нехитрым способом меня просто использовали, когда прокуратура из-за недостатка улик не хотела возбуждать уголовное дело по их материалам. И получалось, что люди несколько месяцев работали впустую — результата-то нет. Начальство недовольно. Ну, а если газета об их титанических усилиях рассказала, да еще с упоминанием фамилий доблестных офицеров (что я делал всегда), то вроде как результат появлялся. Во всяком случае, начальство успокаивалось.

      То есть, я, как и многие другие журналисты, иногда выполнял функции современных пресс-служб правоохранительных органов, которых в те времена в управлениях МВД еще не было.

      Перед прокуратурой редко возникали такие проблемы — они ж законники, лишнего слова раньше времени не скажут. Как, впрочем, и сейчас. Обратили ведь внимание, что прокуроры или судьи не дают интервью по текущим делам? Именно поэтому — запрещено.

      Короче, я, конечно, поехал.

      Андрей всегда был человеком общительным. В этот раз, прежде чем начать разговор, он достал из сейфа красивый, как мне показалось, нож и с гордостью протянул мне. «Подарок, что ли?» — мелькнула мысль. Но оказалось, просто показывает.

      — Смотри, какой острый. Хочу себе оставить — отмою, как следует, и буду хлеб резать. Или мясо. Только за лезвие не берись — он в трупе был, — предупредил он. Теперь и я заметил на лезвии желтовато-зеленые разводы. Кто чем хвастается, подумал я. Мы — красивыми ручками и пишущими машинками, прокуроры — ножами, вынутыми из трупов. К счастью, не успел испачкаться.

      Ого, подумал я, сейчас он мне про убийство расскажет. Но районный прокурор спрятал нож обратно в сейф. Мы еще поговорили несколько минут о пустяках. Я все ждал, когда он перейдет к делу, а он, видимо, все никак не решался к нему перейти.

      — Ты не помнишь дело Селиверстовой, лейтенанта милиции из гостиницы «Космос»? — наконец спросил он. — В «Правде» заметка была полгода назад — ее на фарцовке замели, она джинсы у иностранцев по дешевке покупала.

      Как ни странно, я помнил.

      Оказалось, история имела продолжение. У девушки обнаружился папа — крупный милицейский чин из МВД, генерал. Дело не просто замяли, а с неприятными последствиями для районной прокуратуры, которая его вела: следователя уволили, а прокурор получил выговор.

      — Теперь и мои пути-дорожки с этой семейкой пересеклись, — улыбнулся Андрей. Он вообще привык улыбаться, даже когда речь шла о грустных вещах. — Не знаю, чем все кончится, но хочу, чтобы ты был в курсе, если что. — В его голосе и открытом взгляде было так много доверия, что я невольно проникся серьезностью момента. Примерно так пишут в предсмертных записках.

      Не так давно к нему на прием пришла женщина с заявлением. «Чистая заява была — сама написала и принесла», — сакцентировал мое внимание Андрей. Чем невольно укрепил мои подозрения, что обычно заявы чистыми не бывают, а пишутся под диктовку следователей. Поэтому они такие гладенькие и изложены со знанием юридических тонкостей.

      Женщина рассказала, что ее 18-летний сын сидит в КПЗ одного из отделений милиции за хулиганку. Он вроде с кем-то подрался и кого-то крепко побил. И теперь ему светил реальный срок. Вот милицейский следователь и просит у нее взятку две тысячи рублей, чтобы дело замять. Я бы сказал, что это миллион-полтора современными деньгами. Мать такую астрономическую сумму собрать не может и просит приструнить зарвавшегося милиционера, который пытается посадить ее невиновного сына.

      Забегая вперед, скажу, что женщина обратилась в прокуратуру зря — сынишку потом посадили. Кажется, на четыре года. Он был бесспорно виновен.

      В назначенный день была проведена самая настоящая спецоперация по задержанию взяточника. Андрей пригласил оперативников из главка, а не местных, чтобы не стукнули «объекту», а потом вместе с ними сам сидел в засаде. Дело происходило на улице по всем законам конспирации — майор милиции полностью отдавал отчет, на что шел. Женщина, как он и просил, подошла к нему, молча положила пачку завернутых в газету купюр в полиэтиленовый пакет и, не задерживаясь, пошла по тротуару дальше.

      Тут со всех деревьев попрыгали опера и скрутили майора, не давая ему выпустить пакет из руки. Потом, уже в машине, по дороге на Петровку, он предлагал сначала поделить деньги, потом отдать, а когда оба предложения были отклонены, попытался выбросить их из окна. Ничего не вышло — майор вместе с пакетом были доставлены в главк, где под ультрафиолетовой лампой ему продемонстрировали полученные им сторублевки — на каждой из них было написано слово «взятка». Тогда было модно показывать такие фокусы.

      Вскоре выяснилось, что этот самый майор Селиверстов — муж девушки-лейтенанта из «Космоса». Оказывается, он работал в Академии МВД, в которой не только преподавал, но и торговал джинсами, купленными женой у иностранцев. История благодаря заметке в «Правде» получила огласку, внутриведомственная проверка без труда вскрыла всю цепочку. Дело по-свойски возбуждать не стали, но с теплого места майора выгнали и перевели в небольшое отделение следователем.

      И теперь, после того как его поймали на взятке, против Андрея пошла волна — папа-генерал стал распускать слухи, что прокуратура охотится за зятем, потому что дочь посадить не удалось. Вот тогда-то, предчувствуя недоброе, он и позвонил мне. И это был его первый звонок — потом их было еще несколько, потому что история развивалась и обрастала удивительными для меня подробностями.

      Через несколько месяцев я опять приехал к Андрею по его просьбе. Он уже был не так улыбчив — дело к тому времени зашло в тупик.

      — Адвокаты придумали версию, — рассказал прокурор. — Якобы парень показался Селиверстову небезнадежным, и чтобы втереться к нему в доверие, он попросил его достать дубленку, на что и передал две тысячи рублей. Дубленку парень не достал, а мать вернула деньги. Никакой взятки не было. Есть и свидетель его разговора об этой дубленке.

      У полиции, полагаю, и до сих пор есть наготове надежные помощники — проститутки, мелкие воришки, а сегодня, наверное, гастарбайтеры. Иногда — бывшие коллеги, которых уволили из органов за какие-то неприглядные дела. Они всегда готовы подтвердить все, что угодно, а полиция, в свою очередь, делает им всякие поблажки — лишний раз не задерживает или, наоборот, отпускает, если вдруг кто-то из неосведомленных оперов случайно задержал.

      Версию Селиверстова готова была подтвердить девушка легкого поведения, которая по счастливой случайности оказалась в кабинете во время допроса парнишки. Вранье, конечно, но попробуй опровергни.

      — И что же ты собираешься делать? — спросил я удрученно. Я, конечно, уже знал, что советские милиционеры — никакие не дяди Степы из детского стишка. Но с таким профессиональным цинизмом столкнулся впервые.

      — Я ничего не смогу доказать, — вздохнул Андрей. — Проститутка выступит свидетелем, и дело развалится. Если Селиверстова освободят в зале суда, то меня, скорее всего, уволят. Мечтаю, чтобы дело отправили мне на доследование, и я его по-тихому закрою за отсутствием состава преступления.

      — Ты звонил судье? — спросил я. Как выяснилось, спросил довольно бестактно.

      В те времена мне, как и многим сегодня, казалось, что в одном районе начальник РУВД, прокурор и судья живут душа в душу и друг друга прикрывают. Но отношения между ними куда сложнее. Андрей, конечно, был знаком с обоими, они встречались на каких-то совещаниях, но водку вместе не пили и не перезванивались, даже с днем рожденья друг друга не поздравляли. С милицией отношения вообще складывались всегда плохо. Ну, как ты будешь дружить с милицейским начальником, если у тебя в структуре есть отдел по надзору за органами внутренних дел? Ты ж за ними присматриваешь, делаешь всякие гадости, как в случае с Селиверстовым, например. Дружить в таких условиях сложно.

      Андрей судье не звонил. Ну, это он так сказал. Может, и звонил, конечно, но я что-то сомневаюсь. Судья и сам понимал, что девица-свидетель — липовая, как это и принято у ментов. Поэтому он не освободил майора в зале суда, хотя, возможно, и мог, а действительно отправил дело на доследование. И Андрей спустя месяц дело закрыл.

      Потом Селиверстов пошел в депутаты — сначала в район, а потом в Мосгордуму. Вроде как пострадавший от режима честный мент. Где он сейчас, понятия не имею. Хотя настоящую фамилию помню. И с Андреем контакт потерялся — его имя и фамилию тоже не забыл. Интересный парень.

      pavel-shipilin.livejournal.com

      Краткое изложение сатирической книги 1837 года, из которой мы узнаем, какие бывают взятки, почему лучше брать взятку обедом, чем пеструшка лучше снегиря, каким языком говорить о взятках и как избежать наказания за их получение

      Ассигнация номиналом 10 рублей. Период выпуска — 1819–1843 годы © Bridgeman Images / Fotodom

      1. Выбирайте подходящее место для службы.

      Чем древнее традиции какого-либо места, то есть чем они далее от духа и нравов сегодняшнего века, тем более в нем способов к благоприобретениям. Чем менее найдете вы в своих сослуживцах людей образованных и людей высшего класса, тем более на виду начальства окажетесь вы с вашим приле­жанием и вашею склонностью к сидячей жизни. Наконец, чем красноречивее начнете вы разглагольствовать всюду о честности, беспристрастии и знании законов, тем незаметнее будут ваши действия на стороне, противной сим достоинствам.

      2. Составьте представление о видах взяток.

      Взятки бывают трех видов: натурой, деньгами и одолжениями.

      Взятки первого рода — натурой — это обеды, подарки, сюрпризы в дни именин и дни рождения самого взяточника, его жены и детей, а также нечаянное забытие вещей в доме взяточника, уступка движимого имущества и дворовых людей, совершаемая на законном основании без платежа денег.

      (Не забудьте, что взятая вещь всегда напоминает прежнего своего хозяина, поэтому лучшими из сего рода взяток являются обеды: такие взятки, скрываясь в безопасном месте, то есть в желудке, никогда не обличаются. Просителю можно объявить: я рассмотрю ваше дело в такой-то день после обеда. Если проситель — человек догадливый, то он приглашает дельца в упомянутый им день к себе откушать, и далее успех дела зависит уже от искусства повара.)

      Второго рода взятки взымаются ходячей монетой по курсу. Из всей государственной монеты предпочтительны ассигнации, потому что они переходят из рук в руки без шума и без стука, легко промениваются на серебро и золото, мало требуют места и удобно помещаются в карманах, за галстуком, в сапогах и за обшлагами рукавов.

      Взятки третьего рода — невещественные — употребляются обычно особами знатного круга: это взаимные одолжения или по должности или по приязни. К ним причисляются и похвалы, которыми писатели взаимно одалживают друг друга.

      3. Изучите существующий или выдумайте свой язык для облегчения
      взымания взяток деньгами.

      К примеру, брать деньгами называлось в XVIII веке «вести дела на чистую». У каждой из ассигнаций было свое название, основанное на отличительном ее признаке: пяти­рублевую называли синицей, десятирублевую — снегирем, двадцатипяти- и пятидесятирублевую — белыми голубями, сторублевую — щеголем или щегленком по ее красивому узору, а двухсотрублевые — пеструшкою, по пестроте ее изнанки. «Метил в голубя, а попал в синицу» — такое выражение легко может произноситься при самих просителях, не смущая их.

      4. Умейте вести себя так, чтобы проситель при первом взгляде получал о вас понятие как о великом дельце.

      В старину сей цели достигали, испестрив вокруг себя поле вбрызгами с пера, марая пальцы и лица чернилами. В XIX веке употребляется другой способ: письменный ваш стол должен быть завален, загроможден бумагами так, чтобы самая огромная чернильница казалась среди сих развалин неприметной в такой мере, как будка при колокольне Ивана Великого.

      5. При встрече с просителем принимайте вид озабоченного делами человека.

      Слушайте рассеянно, отвечайте нехотя; когда проситель примется изъяснять вам обстоятельства своего дела, сделайте самую неприятную мину, уставьте на него мутные глаза и повторяйте ежеминутно отрывистым голосом «да‑с, да‑с!» до тех пор, пока проситель не догадается, что вам некогда, и не откланяется до другого свободного времени. Когда он явится опять, примите его так же. Он явится в третий, пятый, десятый раз, не изменяйте пред ним физиономии до той самой минуты, когда он прошепчет, что будет вам благодарен. (А что есть благодарить, то есть «дарить благо», как не принести в подарок деньги.) Тогда да оживятся вдруг все черты лица вашего, да просветлеет взор и грубый голос да смягчится. Отвечайте доброму просителю, что имеете много занятий, что дело его еще далеко от очереди, что вам некогда было рассмотреть оного, и заключите сии фразы советом: почаще наведываться.

      6. Будьте бдительны.

      Помните, что просители, намекнув о благодарности, нередко думают сим простым словом возбудить в вас деятельность, а по решении дела теряют память о своих обещаниях. Если после первого совета вашего наведываться кто-либо снова предстанет пред вами с пустыми речами и пустыми руками — накажите его прежней суровостью: да прочитает он в каждой морщине лица вашего неумолимую вражду.

      7. Если в деле участвуют многие лица и каждое из них предлагает свою благодарность, возьмите от того, кто даст больше.

      Прочих с гневом и шумом проводите за дверь. Быть может, вы принуждены будете вершить дело несправедливо, но что за важность? Кто сочтет себя обиженным, тому открыта дорога апелляций; важность в том, что только один будет знать закулисную пружину вашей совести, а прочие протрубят всюду о вашем бескорыстии, вашей честности, ими на себе испытанных.

      Или в подобном случае возьмите с двоих: во-первых, с того, что даст больше, а во-вторых, с того, на чьей стороне, по видимому, справедливость. Тогда уже дело надобно кончать так, чтобы они оба остались равно удовлетворенными, хотя бы чрез то между ими двумя возникла новая тяжба, а настоящее дело более запуталось ко вреду прочих просителей — тем славнее, вы открыли новое обстоятельство. Вы дали иной ход огромной кипе измаранной бумаги!

      8. Если, приняв залог благодарности, вы не успеете исполнить требование просителя и дело окончится не в его пользу, возвратите давшему все взятое в целости и сохранности.

      Сим способом вы отстраните от себя многие неприятности, даже избежите упрека собственной совести.

      arzamas.academy

      Как правильно брать взятки, чтобы не посадили. История одного взяточника

      Суд посчитал, что маркер с меченых денег мог оказаться на правой руке директора в результате рукопожатия.

      Об этом стало известно из приговора Святошинского райсуда Киева от 10 декабря 2015 года, размещенного в Едином реестре судебных решений.

      Под подозрением оказался директор киевской школы № 235 – его обвинили в злоупотреблении служебным положением и вымогательстве 4000 гривен за предоставление спортзала школы в аренду.

      По заявлению потерпевшего, он обратился к директору школы с просьбой предоставить спортивный зал в аренду для тренировок по футболу. Директор согласился – при условии, что арендатор починит в зале освещение и купит спортинвентарь. Потратив на выполнение условия около 600 гривен, потерпевший опять обратился к директору – и на этот раз тот потребовал 4000 гривен лично себе.

      Директор школы полностью отрицает свою вину. По его версии, он отказался предоставить спортзал в аренду, пояснив, что такого права у него нет, так как все имущественные вопросы должны решаться только через управление образования в райадминистрации. Сам же директор лишь разрешил играть потерпевшему (бывшему выпускнику школы) в футбол в спортивном зале – если тот починит освещение.

      Что касается денег, то потерпевший сам предложил финансовую помощь школе. Директор попросил его заполнить бланк заявления о добровольной помощи и передать деньги родительскому комитету, но потерпевший видимо просто забыл деньги вместе с бланком в кабинете директора – где их и обнаружила милиция.

      Святошинский суд не принял во внимание показания потерпевшего, поскольку сам потерпевший на суде не присутствовал. Аудиозапись разговора потерпевшего с директором суд тоже отказался рассматривать как доказательство – тайная запись считается правомерной лишь в случае тяжких и особо тяжких преступлений, а взятка в размере 4 000 гривен является преступлением средней тяжести.

      Не считать доказательством протокол вручения и изъятия денег суду позволил тот факт, что сторона обвинения не предоставила решение киевского Апелляционного суда, которое позволило бы оценить законность контроля над совершением преступления. Кроме того, следы химического маркера, которым были помечены деньги, удалось обнаружить лишь на правой руке директора – ни на левой руке, ни на столе следов не оказалось. По мнению суда, маркер мог попасть на руку директора в то время, когда он пожал потерпевшему руку при встрече – и, соответственно, не может считаться доказательством вины директора.

      Таким образом – поскольку несомненных доказательств обвинение предоставить не смогло – директор школы был полностью оправдан.

      До этого судебного разбирательства Святошинский суд трижды возвращал обвинительный акт прокурору Печерского района из-за несоответствия требованиям КПК Украины и трижды отправлял на рассмотрение в Апелляционный суд Киева на предмет отсутствия формулировки обвинения, сообщает Первая инстанция.

      inshe.tv

      Как правильно брать взятки

      От синицы до пеструшки


      (с) Эраст Петрович Перцов

      Слушайте рассеянно, отвечайте нехотя, до той самой минуты, пока проситель прошепчет, что будет вам благодарен

      Возьмите от того, кто дает больше, а прочих с шумом и гневом проводите за дверь

      Искусство брать взятки открывает нам прямой путь к счастию

      Для духовного утешения чиновника — цитаты из Евангелия: «Всякое деяние есть благо», и «Дающему да воздастся».

      Классификация взяток — они делятся на три вида: натурой, деньгами и взаимными одолжениями.

      Первый вид — самый низший, аркадские, или сельские взятки, которые брали разными продуктами или вещами. Этим промышляли мелкие чиновники. «К сему разряду причисляются обеды, подарки на память любви и дружбы, сюрпризы в дни именин или рождения самого взяточника, его жены и детей; нечаянное забытие вещей на столе или вообще в доме взяточника, продажа движимого имущества или уступка дворовых людей, совершаемая на законном основании, разумеется, без платежа денег, и т.п. Сего рода взимание взяток введено в употребление первобытными лиходателями в древнее время, когда еще господствовала меновая торговля — товар на товар. Взирайте на таковые взятки, как на все прадедовские обычаи, с сыновним благоговением и почтительностью, но принимайте оные с крайней осмотрительностью: мало соответствуя духу нынешнего времени, они могут подвергнуть вас большим неприятностям, чем подвергается историк, делая анахронизмы…

      Путь к сердцу незначительного чиновника, как полагает Перцов, лежит через его необъятный желудок. «Лучшим же из сего рода взяток справедливо почитают обеды: такие взятки скрываются в безопасном месте, то есть в желудке, никогда не обличаются; и в летописях лихоимства еще не было примера, чтобы обеды доводили до суда и расправы. Я сам знавал многих дельцов, которые постоянно несколько лет «кормили завтраками» просителей, не могущих давать им обедов, а просителей, дающих обеды, удовлетворяли, смотря по числу и качеству блюд. Бывало, придет проситель к такому дельцу на дом. Очень хорошо, скажет бессребреник, я рассмотрю ваше дело в такой-то день после обеда. Если просителем случался человек догадливый, то он тотчас же приглашал дельца в упомянутый им день к себе откушать, и тогда успех дела зависел уже от искусства повара: иных «стряпчих» было не нужно, но если проситель не постигал таинственного смысла слов «после обеда», то и пиши пропало».

      Второй вид взяточничества — звонкой монетой и приятно хрустящими купюрами.
      Существовала и такса на ведение разных дел: например, если речь шла о завещании, то чиновник мог потребовать третью часть всего переходящего к наследнику имущества. А при обычной купле-продаже брали, минимально, десятую часть со сделки. Хуже всего было угодить в капкан к судейским чиновникам. Так называемую «капканную» взятку применяли к людям, совершившим уголовное преступление. Чиновник смотрел, насколько богат его клиент, и вытягивал из него все деньги подчистую — причем степень вины во внимание абсолютно не принималась. Часто конкуренты заказывали клиента важным чиновникам: такая взятка называлась удавкой и предполагала полное уничтожение честного имени и капитала «заказанного» человека. Дела фабриковались, факты подтасовывались, ответчик признавался виновным, и его банкротили. «Из всей государственной монеты предпочтительно избирайте ассигнации, потому что они переходят из рук в руки без шуму и без стуку, легко промениваются на серебро и золото, даже еще с барышом, мало требуют места и удобно помещаются всюду: в кармане, за галстуком, в сапогах и за обшлагами рукавов». Брать деньгами — это значит «вести дела на чистую», а каждая купюра называется, исходя из ее внешнего вида. Пятирублевая ассигнация — синица, десятирублевая — снегирь, двадцатипяти и пятидесятирублевые — белые голуби, сторублевая — щеголь, из-за ее величины и красивых узоров, двухсотрублевая — пеструшка, по пестроте изнанки. «Сей язык весьма облегчает вас при взаимном разговоре друг с другом: — «метил в голубя, а попал в синицу», «не зевай, ведь у него садки пеструшек» — сии выражения громко произносятся в присутственной каморе, перед зерцалом, при самих просителях, не возмущая общего спокойствия, не поражая никого удивлением.

      Третий, высший род взяток, принятый среди знатных особ, «суть высшего образования и благороднейшего значения: это утонченность нашего искусства в той же мере, как и класс людей, между коим оные наиболее имеют обращение, утонченнее других классов в общежитии и просвещении… Это взаимные одолжения или по должности, или по приязни; иногда процесс решается в пользу одного тяжущегося на договоре, чтобы он, в свою очередь, доставил делопроизводителю такую-то выгоду по службе; иногда судья уступает наветам всем известного оглашенного ябедника единственно для того, чтобы, поссорившись с ним, не потерять партии в висте; иногда начальник смотрит сквозь пальцы на плутни своего секретаря, любя в нем славного малого, который как нельзя лучше исполняет его домашние поручения; иногда из угождения прекрасной даме мужа сажают под арест, и глазки красавицы — те же взятки. Но ни времени, ни сил моих не достанет, если б я стал исчислять все случаи, где на решение дел имеют влияние знакомство, родство, кумовство, связи, сходство образа мыслей и характеров, приличие и тысячи, тьмы тысяч светских отношений. Взятки третьего рода долженствуют быть названы невещественными».

      Но ведь брать можно не только из кармана ближнего, но и из государственного кармана? «Можно, только осторожно! — объясняет Перцов. — Почему не пользоваться от казны в случае, когда она безмолвствует так же, как просители? Я сам… но скромность, а паче производимое надо мною следствие налагают молчание на уста мои. Могу только доложить вам, что доход, получаемый таким образом, не есть взятка; ибо чтобы взять, надобно дать, казна же не дает, а мы сами простираем к ней руки; от сего-то и происходят выражения нагревать руки, запустить лапу; напротив, в нашем ремесле, если спросят: «имеется ли доход?», то иначе нельзя отвечать, как глаголом: перепадает, потому что действительно в наши карманы деньги падают из карманов просителей, как снег на голову. На сем основании учение о доходе с казны не может войти в план нынешнего моего курса…»

      newsland.com