Указание прокурора уголовное дела

Статья 37. Прокурор

1. Прокурор является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции,

установленной настоящим Кодексом, осуществлять от имени государства уголовное

преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также надзор за процессуальной

деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия.

2. В ходе досудебного производства по уголовному делу прокурор уполномочен:

1) проверять исполнение требований федерального закона при приеме, регистрации

и разрешении сообщений о преступлениях;

2) возбуждать уголовное дело и в порядке, установленном настоящим Кодексом,

поручать его расследование дознавателю, следователю, нижестоящему прокурору

либо принимать его к своему производству;

3) участвовать в производстве предварительного расследования и в необходимых

случаях лично производить отдельные следственные действия;

4) давать согласие дознавателю, следователю на возбуждение уголовного

дела в соответствии со статьей 146 настоящего Кодекса;

5) давать согласие дознавателю, следователю на возбуждение перед судом

ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения либо о производстве

иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного

6) разрешать отводы, заявленные нижестоящему прокурору, следователю,

дознавателю, а также их самоотводы;

7) отстранять дознавателя, следователя от дальнейшего производства расследования,

если ими допущено нарушение требований настоящего Кодекса при производстве

8) изымать любое уголовное дело у органа дознания и передавать его следователю,

передавать уголовное дело от одного следователя другому с обязательным указанием

оснований такой передачи;

9) передавать уголовное дело от одного органа предварительного расследования

другому с соблюдением правил подследственности, предусмотренных статьей 151

настоящего Кодекса, с обязательным указанием оснований такой передачи;

10) отменять незаконные или необоснованные постановления нижестоящего

прокурора, следователя, дознавателя в порядке, установленном настоящим Кодексом;

11) поручать органу дознания производство следственных действий, а также

давать ему указания о проведении оперативно-розыскных мероприятий;

12) продлевать срок предварительного расследования;

13) утверждать постановление дознавателя, следователя о прекращении производства

по уголовному делу;

14) утверждать обвинительное заключение или обвинительный акт и направлять

уголовное дело в суд;

15) возвращать уголовное дело дознавателю, следователю со своими указаниями

о производстве дополнительного расследования;

16) приостанавливать или прекращать производство по уголовному делу;

17) осуществлять иные полномочия, предусмотренные настоящим Кодексом.

3. Письменные указания прокурора органу дознания, дознавателю, следователю, данные в порядке, установленном настоящим Кодексом, являются обязательными.

Обжалование полученных указаний вышестоящему прокурору не приостанавливает

их исполнения, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей статьи

38 настоящего Кодекса.

4. В ходе судебного производства по уголовному делу прокурор поддерживает

государственное обвинение, обеспечивая его законность и обоснованность, а

в случаях, когда предварительное расследование проведено в форме дознания,

прокурор вправе поручить поддержание от имени государства обвинения в суде

дознавателю либо следователю, производившему дознание по данному уголовному

5. Прокурор вправе в порядке и по основаниям, которые установлены настоящим

Кодексом, отказаться от осуществления уголовного преследования.

6. Полномочия прокурора, предусмотренные настоящей статьей, осуществляются

прокурорами района, города, их заместителями, приравненными к ним прокурорами

bibliotekar.ru

1. Указание лица в постановлении о возбуждении уголовного дела как участника преступления.

По смыслу уголовно-процессуального закона уголовное дело возбуждается не в отношении лица, а по факту преступления. В ч. 2 ст. 21 УПК РФ сказано, что “В каждом случае обнаружения признаков преступления прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают… меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления”.

Тем не менее, в следственной практике нередки случаи, когда в момент решения вопроса о возбуждении уголовного дела лицо, причастное к преступлению, уже известно.

В Уголовном кодексе РФ есть составы преступлений, которые сформулированы таким образом, что событие преступления неразрывно связано с действиями конкретного лица. Это, например, нарушения правил дорожного движения (ст. 264 УК РФ), злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ), дезертирство (ст. 338 УК РФ), самоуправство (330 УК РФ) и др. Данные о лице, которое совершило такого рода преступления, как правило, фиксируются в постановлении о возбуждении уголовного дела.

То, что по фактам очевидных преступлений возбуждаются уголовные дела в отношении конкретных лиц, находит подтверждение в самом федеральном законодательстве в виде положений: “Уголовное дело в отношении судьи может быть возбуждено…” (ст. 16 закона РФ “О статусе судей в Российской Федерации”); “возбуждение против них (имеются в виду прокурор и следователь прокуратуры) уголовного дела…” (ст. 42 закона РФ “О прокуратуре Российской Федерации”);“… в отношении священнослужителя” (п. 11 ст. 5 УПК РСФСР); “лицо, в отношении которого… возбуждено уголовное дело в связи с подозрением его в совершении преступления…” (ч. 1 ст. 68 УПК Республики Казахстан) и др.

Исключить на практике случаи, когда уголовное дело возбуждается в отношении конкретного лица, практически невозможно. И они довольно распространены. Проведенное в ряде регионов страны обобщение судебно-следственной практики показало, что в 820 случаях из 1109 уголовных дел, рассмотренных народными судами Вологодской и Самарской областей, в постановлении о возбуждении уголовного дела указано конкретное лицо как предположительно совершившее преступление20. В любом случае указание в постановлении о возбуждении уголовного дела фамилии, имени, отчества лица как субъекта преступления есть ни что иное, как выражение органом уголовного преследования подозрения против этого лица. А поскольку данные о лице, совершившем такого рода преступления, нередко фиксируются в постановлении о возбуждении уголовного дела, то некоторыми учеными предлагается считать лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело, подозреваемым21.

Эта же позиция получила отражение в новом УПК РФ. Согласно п. 1. ч.1 ст. 46 УПК РФ подозреваемым является лицо “в отношении которого возбуждено уголовное дело по основаниям и в порядке, которые установлены главой 20 настоящего Кодекса”.

Из этого следует вывод, что если лицо совершило любое преступление и данные о нем были зафиксированы в постановлении о возбуждении уголовного дела, то это лицо признается подозреваемым.

Вариант постановки лица, в отношении которого возбуждено уголовное дело, в статус подозреваемого неоднократно вызывал обоснованную критику юристов, отмечавших ряд недостатков данной нормы. Так, А.М. Ларин, Э.Б. Мельникова и В.М. Савицкий указывали, что в данном случае отсутствует четкий механизм надлежащего информирования такого подозреваемого о существующем подозрении и принадлежащих ему процессуальных правах, т.е.

Кроме этого, В.П. Малков заранее усматривал, что в предлагаемой новелле процессуальное положение заподозренного лица окажется в зависимости от того, укажет или не укажет следователь данные о нем в постановлении о возбуждении дела23.

Вместе с тем, по пути признания подозреваемым лица, в отношении которого возбуждено уголовное дело, пошло законодательство не только российское, но и бывших союзных республик. Так, в УПК Республики Казахстан в ч. 7 ст. 286 закреплено, что “лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело, допрашивается в качестве подозреваемого”.

Критикуя такой вариант появления в уголовном процессе подозреваемого, еще М.С. Строгович утверждал, что “постановление о возбуждении уголовного дела не может ставить лицо в положение подозреваемого потому, что оно выносится до начала следствия, до проверки материалов, служивших поводом к возбуждению дела”24. С мнением М.С. Строговича солидарны С.П. Бекешко и Е.А. Матвиенко, которые считают, что данное предложение “теоретически и практически несостоятельно”. Лицо, против которого возбуждено уголовное дело, может стать подозреваемым только в ходе предварительного расследования, если подтвердятся данные о его причастности к преступлению, и исключительные обстоятельства потребуют применения к нему мер процессуального принуждения, то есть вовлечения его в производство по уголовному делу в качестве участника процесса до привлечения к уголовной ответственности25.

Учитывая изложенное, следует отметить, что предложение о признании лица подозреваемым актом вынесения постановления о возбуждении уголовного дела не выдерживает критики и, думается, не согласуется с логикой закона.

Безусловно, факт вынесения постановления о возбуждении уголовного дела с указанием данных лица, в отношении которого оно возбуждено, имеет важное юридическое значение, поскольку этим констатируется возникновение правоотношения между органом уголовного процесса, возбудившим дело, и гражданином. Но из этого никак не следует, что данное обстоятельство автоматически ставит человека в процессуальное (юридическое) положение подозреваемого по уголовному делу. Необходимо учитывать, что большинство уголовных дел возбуждается не в отношении конкретного лица, а по факту преступления. Изучение практики расследования преступлений показало, что большинство следователей при изложении постановления о возбуждении уголовного дела стремится избегать ссылки на данные лица, причастного к совершению преступления, хорошо сознавая, что тем самым они порождают для себя не урегулированные законом проблемы в дальнейших взаимоотношениях с этим лицом и его адвокатом.

В тех же случаях, когда избежать указания данных лица (фамилии, имени, отчества и др.) в постановлении о возбуждении уголовного дела невозможно, имеет место не признание данного лица подозреваемым, а появление основания подозрения. Признание же органом уголовного преследования лица подозреваемым, т.е. субъектом уголовно-процессуальной деятельности, требует специального, отдельного решения.

lib.sale

ВОЗВРАЩЕНИЕ ПРОКУРОРОМ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ ДЛЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ

В. Зыкин, заместитель прокурора Новокузнецкого района Кемеровской области

У практиков до настоящего времени сохраняется мнение, что возвращение прокурором уголовных дел для дополнительного расследования порождает волокиту. Думается, такое мнение противоречит принципу законности. Прокурор обязан не допустить волокиты. Разумеется, дополнительное расследование отдаляет применение наказания от факта совершения преступления.

Однако, если при расследовании уголовного дела остались невыясненными обстоятельства совершения преступления, существенно нарушены требования закона, прокурор обязан возвратить уголовное дело для дополнительного расследования с письменными указаниями, несмотря на «затягивание» производства по нему. Не следует забывать, что преступление должно быть раскрыто не только быстро, но и полностью, а если в ходе расследования нарушены требования о всесторонности, полноте и объективности исследования обстоятельств дела, такой результат не наступает.

Осуществление прокурором полномочий по возвращению уголовных дел для дополнительного расследования не должно и не может искусственно сдерживаться ведомственными интересами. Так, сложилось мнение, что если прокурор возвращает уголовные дела для дополнительного расследования, то это фактически означает подготовку оснований для внесения представления. Безусловно, и такое понимание института возвращения прокурором уголовных дел для дополнительного расследования (как метода воспитания следственных работников) имеет некоторое значение. Однако, прежде всего, указанный институт направлен на неуклонное соблюдение законности органами предварительного расследования.

УПК РФ в п. 15 ч. 2 ст. 37 закрепляет полномочие прокурора общего характера по направлению уголовных дел для дополнительного расследования. Кроме того, такого рода деятельность прокурора урегулирована, в зависимости от формы окончания расследования, и другими нормами УПК (п. 3 ч. 1 ст. 221; п. 2 ч. 1 ст. 226; п. 2 ч. 5 ст. 439).

Письменная форма направления прокурором уголовных дел для дополнительного расследования — постановление (ч. 4 ст. 221 УПК). Здесь возникает проблема уведомления обвиняемого о таком решении. Если в случаях возобновления предварительного следствия в порядке, установленном ст. ст. 211, 214 УПК, законодатель прямо предусмотрел необходимость довести решение до сведения обвиняемого, то в случаях возвращения уголовного дела для дополнительного расследования закон не обязывает прокурора направлять кому бы то ни было копию постановления либо уведомление о возвращении уголовного дела.

Между тем, на наш взгляд, необходимость в законодательном закреплении такого рода положения есть. Очевидно, что решение прокурора о возвращении уголовного дела для дополнительного расследования существенным образом затрагивает право обвиняемого на защиту, а потому обусловливает необходимость вручения копии постановления обвиняемому, чтобы он смог подготовиться к защите, а также, что не исключено, оказать реальную помощь при исследовании обстоятельств, подлежащих установлению в ходе дополнительного расследования. Не претендуя на бесспорность сказанного, считаю, что, во всяком случае, обвиняемый должен быть уведомлен о таком важном с процессуальной точки зрения решении если не копией постановления о возвращении уголовного дела, то письмом.

Касаясь вопроса о влиянии прокурора на совершенствование предварительного расследования, необходимо обратить внимание на два важных обстоятельства. К первому из них относится своевременность и обоснованность направления уголовных дел для производства дополнительного расследования. Второе касается вопроса о содержании указаний прокурора органам предварительного расследования и их обязательности для исполнения.

В соответствии с ч. 1 ст. 221 УПК время рассмотрения прокурором уголовного дела, поступившего с обвинительным заключением, ограничивается пятью сутками. Если уголовное дело не представляет сложности, этого срока вполне достаточно. Однако нередко это сделать не просто, если дело сложное. Систематический и активный прокурорский надзор за расследованием, обсуждение его хода в конечном итоге позволят прокурору накопить дополнительную информацию, что, в свою очередь, сократит сроки рассмотрения уголовного дела, поступившего с обвинительным заключением. Зачастую прокурорами практикуется такой метод организационного (не процессуального) характера, как беседа со следователем, в ходе которой выясняется сущность предъявленного обвинения и комплекс доказательств по делу. Его использование особенно эффективно в сочетании с изучением, проверкой, сопоставлением прокурором лично всех материалов уголовного дела.

Однако проблемы, связанные со сроком рассмотрения прокурором уголовного дела, поступившего с обвинительным заключением, осложняются, если говорить о надзорной деятельности прокурора в целом, при реализации полномочий в других отраслях надзора. Один из путей решения трудностей — увеличение срока рассмотрения дела, поступившего с обвинительным заключением.

Структура уголовного процесса такова, что каждое процессуальное действие логически подготавливает исполнение последующего. Увеличение срока ознакомления прокурора с делом создаст возможность тщательно знакомиться с материалами уголовного дела лично. О том, что такого рода положение не лишено смысла, свидетельствует нормативное положение, предусмотренное ч. 3 ст. 227 УПК, которое для аналогичной деятельности суда по изучению материалов поступившего в суд уголовного дела предусматривает срок в 30 и 14 суток.

Производство дополнительного расследования после возвращения уголовного дела прокурором протекает, в целом, в тех же процессуальных формах, что и расследование, производившееся до направления дела прокурору с обвинительным заключением. Однако это не означает, что в ходе дополнительного расследования не возникают процессуальные проблемы, свойственные именно дополнительному расследованию.

Одна из таких проблем связана с исчислением срока предварительного следствия. В соответствии с ч. 6 ст. 162 УПК в случае возвращения прокурором уголовного дела для производства дополнительного следствия срок дополнительного следствия, установленный прокурором, не может превышать одного месяца с момента поступления дела следователю. Дальнейшее продление срока производится на общих основаниях.

Очевидно, что установление прокурором срока дополнительного следствия не может рассматриваться как особая, упрощенная форма его продления. Зачастую на практике прокурор реализует право, установленное ч. 6 ст. 162 УПК, только по истечении срока так называемого первоначального предварительного следствия. С такого рода подходом трудно согласиться, поскольку он основан на неправильном, на наш взгляд, толковании положений ст. 162 УПК. Очевидно, что уголовно-процессуальный закон, регулируя вопросы, связанные с исчислением сроков предварительного следствия, дает лишь тот рубеж, по достижении которого предварительное следствие не может продолжаться без продления его сроков. Иными словами, срок предварительного следствия всегда равен тому промежутку времени, за который было закончено предварительное следствие, а не двум месяцам, а потому не может идти речи и о каком-либо остатке срока предварительного следствия.

Именно по этой причине закон в ч. 6 ст. 162 УПК установил новый срок для уголовных дел, возвращенных для производства дополнительного следствия, предоставляя право прокурору самому определять его продолжительность в пределах одного месяца. Таким образом, ст. 162 содержит положение о двух независимых друг от друга сроках предварительного следствия — первоначальном и дополнительном.

Важнейшей особенностью дополнительного расследования является то, что объем и характер процессуальных действий определяется здесь не только лицом, осуществляющим расследование, но и прокурором. Он обязан дать указания об установлении обстоятельств, имеющих значение для дела. Очевидно, что указание рассчитано на устранение нарушений закона и исполнение его лицом, осуществляющим расследование.

Эффективность института возвращения прокурором уголовного дела для дополнительного расследования определяется совокупностью ряда условий, к числу которых относятся: своевременность указаний; правильный и обоснованный выбор указаний при изучении поступившего с обвинительным заключением уголовного дела; тактическая выверенность указаний с точки зрения очередности следственных действий при производстве дополнительного следствия. Имеют ли те или иные указания прокурора императивный характер или допускают возможность для следователя действовать самостоятельно? Очевидно, что он обязан как выполнить указания прокурора, так и сам избирать пути расследования. Проблема же заключается в несколько ином. Уголовно-процессуальное законодательство предусматривает возможность следователя обжаловать решения прокурора. Однако закон не содержит прямого указания на возможность обжалования решения прокурора о направлении уголовного дела для дополнительного расследования, приостановив его исполнение. Неверно было бы полагать, что следователя необходимо наделить правом не согласиться с решением прокурора о направлении дела для дополнительного расследования, направить свои возражения вышестоящему прокурору, приостановив производство дополнительного следствия, поскольку следователь — лицо процессуально самостоятельное. Действительно, следователь наделен законом возможностью приостановить исполнение некоторых указаний прокурора согласно ч. 3 ст. 38 УПК. Но не в целом решения о возвращении уголовного дела для дополнительного расследования.

Порядок контроля за исполнением указаний по уголовным делам, возвращенным для дополнительного расследования, не должен, очевидно, отличаться от обычных форм и методов надзора прокурора за расследованием уголовных дел. Что касается особенностей, то в данном случае это более строгий контроль за сроками исполнения указаний прокурора, так как указанное обстоятельство напрямую связано со сроками расследования уголовного дела.

Можно рекомендовать лицу, осуществляющему дополнительное расследование, составить план выполнения указаний прокурора. Надзирающий прокурор, а также начальник следственного отдела должны установить контроль над выполнением плана. Как справедливо отмечает М. Токарева: «Своевременная дача письменных указаний по уголовному делу еще не означает, что выявленная прокурором ошибка или нарушение по делу будут исправлены.

Требуется налаженная система учета и контроля исполнения данных указаний, только в этом случае указания прокурора приобретают реальную силу» . Если исполнение некоторых указаний прокурора в силу тех или иных причин невозможно, то об этом следует сообщить ему в письменной форме.
———————————
Характер, причины и способы устранения ошибок в стадии предварительного следствия. М.: ВНИИ проблем укрепления законности и правопорядка, 1990. С. 65.

www.lawmix.ru

Может ли прокурор возбуждать уголовное дело?

Полномочия прокурора в ходе досудебного производства по уголовному делу указаны в ч. 2 ст. 37 УПК РФ. Поверьте (и проверьте) прокурор НЕ вправе возбуждать уголовное дело, т. к. это находится за пределами предоставленных ему Законом полномочий.

На основании ч. 2 ст. 37 УПК РФ прокурор может:
— проверять исполнение требований федерального закона при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях;
— выносить мотивированное постановление о направлении соответствующих материалов в следственный орган или орган дознания для решения вопроса об уголовном преследовании по фактам выявленных прокурором нарушений уголовного законодательства;
— требовать от органов дознания и следственных органов устранения нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе дознания или предварительного следствия;
— давать дознавателю письменные указания о направлении расследования, производстве процессуальных действий;
— давать согласие дознавателю на возбуждение перед судом ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения;
— истребовать и проверять законность и обоснованность решений следователя или руководителя следственного органа об отказе в возбуждении, приостановлении или прекращении уголовного дела и принимать по ним решение в соответствии с настоящим Кодексом;
— отменять незаконные или необоснованные постановления нижестоящего прокурора, а также незаконные или необоснованные постановления дознавателя в порядке, установленном настоящим Кодексом;
— рассматривать представленную руководителем следственного органа информацию следователя о несогласии с требованиями прокурора и принимать по ней решение;
— участвовать в судебных заседаниях при рассмотрении в ходе досудебного производства вопросов об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, о продлении срока содержания под стражей либо об отмене или изменении данной меры пресечения, а также при рассмотрении ходатайств о производстве иных процессуальных действий, которые допускаются на основании судебного решения, и при рассмотрении жалоб в порядке, установленном статьей 125 настоящего Кодекса;
— разрешать отводы, заявленные дознавателю, а также его самоотводы;
— отстранять дознавателя от дальнейшего производства расследования, если им допущено нарушение требований настоящего Кодекса;
— изымать любое уголовное дело у органа дознания и передавать его следователю с обязательным указанием оснований такой передачи;
— передавать уголовное дело или материалы проверки сообщения о преступлении от одного органа предварительного расследования другому (за исключением передачи уголовного дела или материалов проверки сообщения о преступлении в системе одного органа предварительного расследования) в соответствии с правилами, установленными статьей 151 настоящего Кодекса, изымать любое уголовное дело или любые материалы проверки сообщения о преступлении у органа предварительного расследования федерального органа исполнительной власти (при федеральном органе исполнительной власти) и передавать его (их) следователю Следственного комитета Российской Федерации с обязательным указанием оснований такой передачи;
— утверждать постановление дознавателя о прекращении производства по уголовному делу;
— утверждать обвинительное заключение или обвинительный акт по уголовному делу;
— возвращать уголовное дело дознавателю, следователю со своими письменными указаниями о производстве дополнительного расследования, об изменении объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или для пересоставления обвинительного заключения или обвинительного акта и устранения выявленных недостатков;
— осуществлять иные полномочия, предоставленные прокурору настоящим Кодексом.

Правом возбуждать уголовные дела обладают: прокурор, орган дознания, следователь, судья (суд) (ст. 3, 109, 112, 255—256 УПК), причем каждый в пределах своей компетенции. Никакие другие органы государства таким правом не обладают; их обраще­ние о привлечении лица к уголовной ответственности может рас­сматриваться только как повод к возбуждению уголовного дела.
Прокурор вправе возбудить уголовное дело о любом преступ­лении, независимо от подследственности дела. Это вытекает из возложенной на прокурора функции надзора за исполнением законов, выполняя которую, он, «. исходя из характера наруше­ния закона должностным лицом, выносит мотивированное поста­новление о возбуждении уголовного дела. » — п. 1 ст. 25 Закона РФ «О прокуратуре РФ». В этом законе сказано: «При наличии оснований полагать, что нарушение прав и свобод человека и гражданина имеет характер преступления, прокурор возбуждает

уголовное дело и принимает меры к тому, чтобы лица, его совершившие, были подвергнуты уголовному преследованию в соответствии с законом».

otvet.mail.ru

Возвращение уголовного дела прокурору

За время действия нового УПК РФ обозначились проблемы, затрагивающие некоторые принципиальные положения уголовного судопроизводства. Практика возвращения уголовных дел прокурору судами свидетельствует о том, что применение пришедшей на смену институту дополнительного расследования процедуры вызывает определенные трудности, связанные с возможностью двоякого толкования новых процессуальных норм и наличием пробелов в регулировании соответствующих правоотношений.

Некоторые проблемы толкования института возвращения уголовного дела прокурору поможет решит данная статья.

Деятельность прокурора в уголовном процессе всегда была в центре внимания юридической науки и правоприменительной практики.

По закону прокурор призван нести ответственность за результаты уголовного преследования, использовать все предоставленные ему полномочия для устранения препятствий и обеспечения рассмотрения уголовного дела в судебном заседании.

Однако сложившаяся практика свидетельствует о существенных недостатках деятельности прокурора, приводящая к направлению в суд уголовных дел с невосполнимыми пробелами.

Изменившийся уголовно-процессуальный закон не предусматривает возвращение уголовного дела судом для производства дополнительного расследования в целях восполнения его неполноты, ориентируя прокурора на улучшение надзорной деятельности. Поэтому дополнительного осмысления требует проблема возвращения прокурору уголовного дела в порядке ст. 237 УПК, к которой в последнее время вызван повышенный интерес со стороны практических работников.

Тем более что, 07.05.2013 года вступили в силу изменения в уголовно-процессуальный закон, введенные Федеральным законом от 26.04.2013 № 64-ФЗ.

Новеллой является то, что в соответствии с частью 1.2 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом в случаях, если:

1) после направления уголовного дела в суд наступили новые общественно опасные последствия инкриминируемого обвиняемому деяния, являющиеся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления;

2) ранее вынесенные по уголовному делу приговор, определение или постановление суда отменены вышестоящими судами, а послужившие основанием для их отмены новые или вновь открывшиеся обстоятельства являются, в свою очередь, основанием для предъявления обвиняемому обвинения в совершении более тяжкого преступления.

Право возвращать уголовное дело прокурору по указанным основаниям предоставлено судам первой, апелляционной и кассационной инстанций.

Таким образом, законодатель предоставил возможность стороне обвинения в ходе рассмотрения дела, либо при возобновлении производства по делу ввиду вновь открывшихся обстоятельств при выявлении данных, из которых видно, что подсудимый (осужденный) совершил более тяжкое преступление, чем ему инкриминируется, ходатайствовать о возвращении уголовного дела прокурору для предъявления лицу обвинения о более тяжком преступлении.

Ранее по данному основанию суд не вправе был возвращать дело прокурору, поскольку это повлекло бы ухудшение положения лица, привлекаемого к уголовной ответственности.

В новой редакции закона суд не может возвращать дело прокурору для предъявления обвиняемому более тяжкого обвинения по собственной инициативе, а только ходатайству прокуратуры.

В случае возвращения прокурором уголовного дела следователю в связи выявлением обстоятельств, предусмотренных ч. 1 и ч. 1.2 ст. 237 УПК РФ, срок производства следственных и иных процессуальных действий не может превышать одного месяца со дня поступления уголовного дела к следователю.

Институт возвращения уголовного дела действует достаточно долго, но в судебной практике сохраняются неясности, требующие единообразного разрешения. В частности, судьи по-прежнему испытывают сложность в оценке нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных органами предварительного расследования, с точки зрения того, являются ли они основанием для возвращения дела прокурору. Нередко у судей возникает неверное представление об идентичности процедуры возвращения дел в порядке ст. 237 УПК РФ упраздненному институту направления уголовных дел для дополнительного расследования, недопонимание различия в их предназначении и сущности.

Часть 1 статьи 237 УПК РФ предусматривает обязательное условие, при котором возможно возвращение дела прокурору, а именно: нарушения, указанные в законе, должны препятствовать рассмотрению дела судом. Целью данной судебной процедуры является не восполнение неполноты и пробелов предварительного расследования, и не устранение любых недостатков и упущений органов уголовного преследования, что было характерно для правового института направления дел для дополнительного расследования, а лишь устранение препятствий рассмотрения дела судом.

Одним из оснований направления дела прокурору является составление обвинительного заключения или обвинительного акта с нарушением требований УПК РФ. По указанному основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, прокурору возвращается наибольшее количество дел. Такое положение объясняется, прежде всего, недостаточным уровнем предварительного расследования уголовных дел и допускаемыми при этом нарушениями уголовно-процессуального закона, которые по прежнему распространены в практике органов уголовного преследования.

Существует два вида оснований применения п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, это непосредственные нарушения требований закона при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта и иные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные в ходе предварительного расследования. Последняя категория нарушений четко не определена рамками уголовно-процессуального закона, а потому судам зачастую сложно найти правильное решение в конкретной ситуации. К непосредственным нарушениям при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта относятся нарушения положений ст. 220 и 225 УПК РФ соответственно, связанные с несоблюдением требований указанных правовых норм к форме и содержанию данных процессуальных документов. В соответствии с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного суда РФ №1 от 5 марта 2004 г. «О применении судами норм УПК РФ», под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220 и 225 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта. К таким нарушениям Верховный Суд РФ относит случаи, когда обвинение, изложенное в обвинительном заключении или обвинительном акте, не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого; когда обвинительное заключение или обвинительный акт не подписан следователем, дознавателем либо не утвержден прокурором, когда в обвинительном заключении или обвинительном акте отсутствуют указание на прошлые судимости обвиняемого, данные о месте нахождения обвиняемого, данные о потерпевшем, если он был установлен по делу, и другие.

Значительное число нарушений ст. 220 УПК РФ представляют собой не собственно нарушения, вызванные несоблюдением правил составления обвинительного заключения (примеры приведены выше), а такие упущения, которые дублируют нарушения УПК, допущенные при вынесении постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого. Имеются в виду случаи, когда недостатки содержания постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого, касающиеся изложения обстоятельств преступного деяния, сущности и формулировки обвинения, а также юридической квалификации вместе с текстом предъявленного обвинения переносятся в текст обвинительного заключения.

В юридической литературе вышеперечисленные нарушения, послужившие причиной возвращения дел прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, объединяют в следующие группы:

  • неправильное указание в обвинительном заключении (обвинительном акте) данных о личности обвиняемого, а также о потерпевшем и других участниках процесса;
  • недостатки и упущения при изложении в обвинительном заключении фабулы, существа и формулировки обвинения;
  • нарушения, связанные с изложением доказательств;
  • иные нарушения, допущенные непосредственно при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта;
  • иные нарушения уголовно-процессуального закона.

Другой распространенной причиной для возвращения уголовных дел прокурору является не полное указание органами предварительного следствия данных о личности обвиняемых, потерпевших и других участников уголовного процесса. Наиболее существенными являются такие данные о личности обвиняемого как его фамилия, имя, отчество, дата и место рождения, которые позволяют идентифицировать личность гражданина по его личным документам. Неправильное указание этих данных в обвинительном заключении (обвинительном акте) ставит под сомнение соответствие личности обвиняемого данным о личности лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности за данное деяние, а также соответствие данных о личности лица, в отношении которого дело направлено в суд, личности лица, привлеченного в качестве обвиняемого. Во многих случаях такое состояние обвинительного заключения (обвинительного акта) исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

Кроме того, на практике выявлены случаи, когда органы предварительного следствия неверно указывают, либо вообще не указывают сведения о личности потерпевших, когда их участие является обязательным. В данных случаях суды обоснованно принимали решение о возвращении уголовных дел данной категории прокурору, поскольку это является грубым нарушением п. 8 ч. 1 ст. 220 УПК РФ и препятствует рассмотрению уголовного дела по существу.

Значительную группу составляют недостатки и упущения при изложении в обвинительном заключении фабулы, существа и формулировки обвинения. В качестве конкретных нарушений данной группы судами указывались: противоречивое изложение обстоятельств в фабуле обвинения; отсутствие обвинения в отношении одного из обвиняемых по делу; изложение сущности обвинения не полностью или в противоречие содержанию постановления о привлечении в качестве обвиняемого, не приведение формулировки обвинения; изложение формулировки обвинения не полностью или не в соответствии с диспозицией соответствующей статьи УК; отсутствие юридической квалификации в соответствии с предъявленным обвинением; неконкретное изложение в заключении предъявленного обвинения.

В следующую группу оснований для возвращения уголовного дела прокурору включают нарушения, связанные с изложением доказательств. Согласно п. 5 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, а также п. 6 ч. 1 ст. 225 УПК РФ в обвинительном заключении (обвинительном акте) должен быть приведен перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты. На первоначальном этапе действия Уголовно-процессуального кодекса РФ основным нарушением данной группы являлось перечисление доказательств в обвинительном заключении со ссылками на листы дела без раскрытия их содержания. Согласно Постановлению Пленума Верховного суда РФ №1 «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса РФ» от 5 марта 2004 г. под перечнем доказательств понимается не только ссылка в обвинительном заключении на источники доказательств, но и приведение в обвинительном заключении или обвинительном акте краткого содержания доказательств, поскольку в силу ч. 1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основании которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу. Однако, несмотря на разъяснения Верховного Суда РФ, на практике встречаются случаи, когда следователи не приводят содержание доказательств, а ограничиваются лишь ссылками на их источники.

Согласно ч. 4 ст. 220 УПК РФ список подлежащих вызову в судебное заседание лиц прилагается к обвинительному заключению и является, по сути, его составной частью. Отсутствие такого списка, либо его неполнота означают, что обвинительное заключение составлено с нарушением уголовно-процессуального закона и поэтому может служить основанием для возвращения дела прокурору. Например, отсутствие в списке лиц, подлежащих обязательному вызову в судебное заседание, а к таковым относятся стороны по делу (например, обвиняемый, потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик, их законные представители), в ряде случаев являлось дополнительным основанием для принятия районными судами решения о возвращении дела прокурору по п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Иные, не связанные с составлением обвинительного заключения или обвинительного акта нарушения УПК в качестве самостоятельного основания возвращения дела прокурору в ст.237 УПК не указаны. Однако в судебной практике такие нарушения постепенно стали являться действительной причиной возвращения дел прокурору, хотя зачастую суды мотивировали свои решения, ссылаясь на составление обвинительного заключения или обвинительного акта с нарушением закона. В настоящее время такая практика поддержана высшими судебными органами РФ, и суды имеют возможность применять п.1 ч.1 ст.237 УПК, напрямую ссылаясь на иные нарушения УПК. Как указал Конституционный Суд РФ, в случае выявления допущенных органами дознания или предварительного следствия процессуальных нарушений суд вправе, самостоятельно и независимо осуществляя правосудие, принимать в соответствии с уголовно-процессуальным законом меры по их устранению с целью восстановления нарушенных прав участников уголовного судопроизводства и создания условий для всестороннего и объективного рассмотрения дела по существу.

При оценке выявленных нарушений УПК с точки зрения их существенности судам можно руководствоваться перечнем и критериями, приводившимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ №84 от 8 декабря 1999 г. «О практике применения судами законодательства, регулирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования». Хотя данное постановление и утратило силу, изложенные в нем рекомендации в части отнесения нарушений УПК к категории существенных применимы и в практике возвращения дел в порядке ст. 237 УПК..

Наиболее существенными и достаточно распространенными нарушениями норм УПК, препятствующими рассмотрению дела по существу, по-прежнему являются различного рода нарушения права обвиняемого на защиту. вследствие чего не были проверены все доказательства; не привлечение к участию в деле, на несоблюдение сроков предъявления постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого; неправильное выделение дела в отношении другого лица; нарушения при выполнении требований ст. 217 УПК; возбуждение и расследование дела ненадлежащим лицом; проведение предварительного следствия вместо дознания; нарушение подследственности по делу в отношении военнослужащих; непризнание потерпевшим пострадавшей от преступления; не уведомление потерпевшего о рассмотрении его ходатайства и об окончании предварительного следствия; не уведомление потерпевшего о направлении дела в суд, проведение дополнительного расследования после возвращения дела прокурору при отсутствии соответствующего постановления прокурора.

Еще одним основаниям возвращения уголовного дела прокурору является невручение обвиняемому копии обвинительного заключения или обвинительного акта. Согласно требованиям ст. 222 УПК РФ после утверждения обвинительного заключения прокурором его копия с приложениями вручается прокурором обвиняемому. Несоблюдение этого положения закона является одним из оснований для возвращения уголовного дела прокурору.

Одним из оснований для возвращения уголовных дел прокурору является необходимость соединения нескольких уголовных дел в одном производстве. Основания к принятию решения о соединении уголовных дел перечислены в ст.153 УПК РФ. Из содержания данной нормы следует, что уголовные дела расследуются, как правило, раздельно. Их соединение допускается строго в определенных случаях, определенных частями 1 и 2 данной статьи. Критерии необходимости соединения дел на стадии предварительного расследования Уголовно-процессуальным кодексом РФ не определены. По смыслу ст. 153 УПК РФ соединение дел в одно производство является правом, а не обязанностью прокурора, который самостоятельно решает вопрос о целесообразности такого процессуального решения. В силу ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвращение дела судом прокурору по мотиву наличия оснований для его соединения с другим делом возможно лишь при условии, если раздельное производство по ним в судебных стадиях создает препятствия для их судебного рассмотрения. Само по себе поступление в суд нескольких дел, которые на основании ст. 153 УПК РФ могли быть соединены в одно производство, не препятствует их раздельному рассмотрению и разрешению судом по существу. На практике соединение дел чаще всего вызвано необходимостью более оперативного и всестороннего рассмотрения дел, переданных в суд в отношении одного обвиняемого. Кроме того, по уголовным делам, по которым обвиняется несколько лиц в совершении одного и того же преступления, существует вероятность, что раздельное их рассмотрение может не только отразиться на качестве судебного следствия, но и привести, например, к установлению взаимоисключающих обстоятельств, породить проблемы в процессе исследования доказательств. По смыслу ст. 237 УПК РФ вопрос о возвращении уголовных дел прокурору ввиду наличия оснований для их соединения может решаться судом только в отношении уголовных дел, поступивших на рассмотрение суда, поскольку уголовно-процессуальный закон не допускает принятие по делу процессуальных решений органом или должностным лицом, в чьем производстве не находится данное дело. В связи с этим возвращение уголовного дела прокурору для соединения с другим делом, по которому производится предварительное расследование, нельзя признать законным. Поэтому суды подчас допускают неправильное применение уголовного закона.

Не разъяснение обвиняемому прав, предусмотренных ст. 217 УПК РФ, как самостоятельное основание для возвращения дела прокурору, появилось недавно, в 2003 г. Но, несмотря на это, уголовные дела возвращаются прокурору по данному основанию достаточно часто. Причины ненадлежащего выполнения следователями требований ст. 217 УПК РФ заключались в не разъяснении обвиняемым права на рассмотрение уголовного дела в порядке гл. 40 УПК РФ, а также их права на рассмотрение уголовного дела со стадии предварительного слушания дела.

Перечень оснований к возвращению судом уголовного дела прокурору, приведенный в ч.1 ст. 237 УПК РФ, является исчерпывающим. В то же время, очевидно, что восполнение некоторых препятствий для рассмотрения дела в судебном заседании немыслимо без восполнения неполноты предварительного расследования.

К основаниям возврата уголовного дела прокурору Пленум Верховного Суда РФ относит в том числе «неточность» и «неконкретность обвинения» (Постановление Пленума ВС РФ: абз. 2 п.25 от 28 декабря 2006 г. N 64; абз.2 п.3 от 9 декабря 2008 г. N 25). До уточнения законодательных дефиниций при разрешении вопросов, связанных с возвращением судьей уголовного дела со стадии предварительного слушания, необходимо руководствоваться не только уголовно-процессуальными нормами, но и постановлениями Конституционного Суда РФ.

Как показал анализ, проведенный прокуратурой Санкт-Петербурга, основной причиной возвращения судами уголовных дел прокурору в порядке являются основания, предусмотренные п.1 ст. 237 УПК РФ. которые обусловлены, так называемыми, техническими ошибками либо иными неточностями, допущенными следователями или дознавателями во вводной или описательно-мотивировочной частях обвинительного заключения или акта. Главным образом, это неверное указание данных о личности обвиняемого, например, даты и места его рождения, наличия или отсутствия непогашенных в установленном законом порядке судимостей, нередки ошибки, относящиеся ко времени и месту совершения преступления. Также имеют место неправильное или неполное изложение диспозиции статьи Закона, по которому виновному предъявлено обвинение, а также несоответствие обстоятельств преступного деяния, изложенных в обвинительном заключении, предложенной квалификации, т.е. диспозиции статьи, по которой он обвиняется.

В заключение настоящей статьи хотелось бы отметить, что правовой институт возвращения уголовных дел прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом за годы своего существования стал одним из эффективных способов защиты нарушенных органами предварительного следствия прав участников уголовного процесса. В то же время в научной литературе постоянно высказывается мнение о необходимости изменения ряда норм УПК РФ, касающихся порядка обжалования постановлений, принятых по итогам предварительного слушания, а также регламентирования полномочий суда относительно возвращения уголовного дела с более поздних стадий рассмотрения уголовного дела (подготовительная часть судебного заседания, судебное следствие и. т.п.). Необходимо законодательно закрепить в качестве дополнительных оснований для возвращения уголовных дел прокурору иных существенных нарушений УПК, которые препятствуют рассмотрению уголовного дела и признаны в настоящее время судебной практикой.

www.klerk.ru